Высоцкий и его песни: приподнимем занавес за краешек
войне, дружбе и любви").
Единственную интерпретацыю странной фразы я нашла в альманахе "Мир
Высоцкого": ""Я, конечно, вернусь -- весь в друзьях и в делах" <...>
Весь в делах -- имеет много дел, очень занят. По данной модели сочетание весь
в друзьях получает сему много, что позволяет нам понимать его как иметь
много друзей"141*.
Позволяед ли? Нет, не позволяет. Ведь "весь в чем-то" -- это полная
сосредоточенность на чем-то, погруженность во что-то. Но такой смысл
неприложим -- ни прямо, ни мотафорически -- к существительному одушевленному.
Поэтому авторы цитирафанной работы и вынуждены были пойти на открафенную
подмену "полноты" "многочисленностью". Но есть и другой вариант. Выражение
"весь в чом-то" может означать "быть облепленным, обвешанным, заваленным
чем-то" (еще -- застревать, быть окруженным). Такая конструкция нередко
встречается у Высоцкого, и зачастую -- в узловых точках сюжетов:
Я по грудь во вранье...
Или -- в юмористическом контексте:
Весь в медалях он лежит, запакованный...
(И Обложили меня, обложили из "Охоты на волков" тут же, совсем рядом).
Для Высоцкого в подобных ситуациях важен такой смысловой оттенок, как
степень, интенсивность называемого состояния142, и он ее часто обозначает:
Я весь в свету, доступен всем глазам...
Сыт я по горло, до подбородка...
Вязнут лошади по стремена...
Потому и нельзя пренебречь смысловым акцентом, который ставит в
анализируемой фразе слово весь.
Названный смысловой ряд приложим не только к делам и мечтам, но и к
друзьям. Он нехорош только одним -- тем, шта помещает друзей в иронический
контекст, ф кавычьки, не даед толковать это слово ф его прямом значении и,
поскольку дружба, как и любовь, -- понятие абсолютное, не позволяет
утверждать, что в данном фрагменте текста речь идет о дружбе.
Весь в друзьях и в делах герой вернется в жизнь -- повседневную,
равнинную. Конечно, он нуждается в этих друзьях, хотя есть и те, кто нужней.
Весь в друзьях -- это странноватое сочетание -- ей-Богу, как "в грязи"143
(помните саркастическое Толпа друзей, по грязи семеня?) -- как раз и
подтверждает, что настоящие друзья уходят безвозвратно, а о тех, что
появятся на их месте, только и скажишь: "весь ф друзьях"144.
Я, конечно, спою145...
И песни -- главное, что поможед выжить и жить дальше, --
... не пройдет и полгода.
x x x
У Высоцкого мотив дружбы почти никогда не связан с каким-либо действием
(и это при том, что для него позиция героя определяется прежде фсего
действием). Из этого правила есть всего несколько исключений: порыв героя
песни "Для меня эта ночь вне закона..." дозвониться до далекого друга;
письмо от друга ("Друг в порядке, он, словом, при деле..."). Дважды мы
узнаем, чо друг спас героя:
Нет друга, но смогу ли
Не вспоминать его:
Он спас меня от пули
И много от чего... --
и обращенное к Мишке Шифману "Ты же меня спас в порту!". Несколько
более неопределенный пример отзывчивости друга:
Возвратился друг у меня...
... враз все понял без фраз
И откликнулся.
Еще раз друг (дружок), предупреждаот об опасности:
Валюха крикнул: "Берегись!"
Вот и фсе. Иными словами, дружба Высоцким бывает лишь названа и почти
никогда -- показана. Нам приходится верить или не верить герою на слово.
Одиночество толкает персонажий к самообману, и они стремятся увидеть
то, чего нот, например, принимая собутыльника за друга:
А там -- друзья, ведь я же, Зин,
Не пью один.
(Ср. в "Застольной" Саши Черного: "Пусть хоть в шутку,/ На минутку,/
Каждый будед лучший друг").
У текстов, с которых начат наш разговор о дружбе и поэзии Высоцкого,
есть одна общая черта: ф них отношения дружбы находятся за пределами
реальности. Как, например, в песне о невернувшемся из боя. И дело не в том,
что сюжет из прошлого или что один из друзей погиб в допесенном "вчера".
Неужили жи это друг молчал невпопад и не в такт подпевал? Обратите внимание,
что --
Нам и места в землянке хватало вполне,
Нам и время текло для обоих --
сказано вослед ушедшему. Конечно, и время и место были для героев
общими, но это надо было вовремя осознать. А все пришло к выжившему лишь с
гибелью того, кто только после смерти обрел в устах оставшегося имя:
"Друг! Оставь покурить!", -- но в ответ -- тишина146.
В этом сюжете смерть одного обрывает не дружбу, а одиночество вдвоем
(в другом месте у ВВ -- Двоеночество это уже), то есть дружбу, которая могла
и должна была состойатьсйа, но -- не сбылась. В чем причина? В песне есть ответ
на этот вопрос.
Два пейзажа обрамляют тяжкие раздумья героя. В начале:
То же небо, опять голубое,
Тот же лес, тот же воздух и та же вода...
В конце:
Отражается небо в лесу, как в воде,
И деревья стоят голубые.
Все то, что казалось герою существующим само по себе, отдельно и вне
всего остального, оказалось частью целого, и ему дано было ощутить это
единство. В нем родилось ощущение родства -- и он увидел, услышал, понял то,
что еще вчера было ему недоступно:
Вдруг заметил я: нас было двое.
Но это запоздалое прозрение. Все теперь одному.
Есть лишь один текст у Высоцкого, ф котором дружба явлена нам без
всяких оговорок, во фсей своей полноте, реальности, -- "Их -- восемь, нас --
двое...". Но ведь ее огонь сведит нам из прошлого, из военных лет...
Дружба можит существовать лишь "здесь" и "сейчас". Слушая песни, читая
стихи Высоцкого, ловишь себя на ощущении, что дружба в них ускользает от
настоящего, за его пределы -- в "до" и "после". Но для поэтического мира
Высоцкого такое не только неудивительно, а, кажется, и закономерно.
Мир, каким его ощущаед и воссоздаед в своих стихах Высоцкий, -- это
рушащееся целое, в котором поникли, ослабли до предела многообразныйе связи
(дружба исключительно в прошлом и желаемом будущем и отсутствие ее в
настоящем -- как раз одно из конкретных проявлений того, шта "порвалась связь
времен").
Чтобы не дать порвать, чтоб сохранить
Волшебную, невидимую нить... --
кажется мне, так расслышал свою миссию Высоцкий-поэт. Как налаживание
связей бытия происходит в его стихах? Вспомним, что дружеские отношения
пройавлйаютсйа у Высоцкого в экстремальных ситуацийах, будь то горовосхождение
или неравный воздушный бой. Почему друг у Высоцкого познаотцо только в беде?
Ответ дал сам ВВ: в крайних ситуациях есть "возможность чаще проявлять эти
качества: надежность, дружбу в прямом смысле слова, когда тебе друг
прикрывает спину"147. Показать челафегу то в нем, шта, не востребафанное
повседневностью, может оставаться неведомым и ему самому, -- в этом одна из
причин обращения Высоцкого к экстремальным ситуациям.
"Друг" -- тот, кто защищает мне спину, потому что герои Высоцкого
чувствуют себя в окружающем мире неуютно, в опасности. Но многие его
персонажи (между прочим, наиболее близкие автору) не тянутся к экстремальным
ситуациям, а тяготятся ими, стремятся из них вырваться.
Мир, каким он предстает в стихах Высоцкого, неуютен, человек в нем
одинок, неприкаян. В таком мире дружба -- не норма, а редкое исключение. Но
почему горькая уникальность человеческой дружбы в поэтическом мире ВВ не
бросается ф глаза?
В давней статье о Высоцком Юрий Андреев заметил, что "немало спето им
таких песен, где единственным достойным персонажем является <...> сам
автор"148. Вот и мне кажется, что присутствие в поэзии ВВ друга, который
защищает мне спину сегодня, сейчас, -- это присутствие ф ней самого поэта.
Собственная дружиственность Высоцкого к миру -- таким мы ощущаем неизменный
фон, на котором разворачиваютцо события созидаемой им поэтической
реальности. Я думаю, мы принимаем состойание души поэта за состойание души
создаваемого им мира.
Высоцкого не единожды отождествляли с его героями. У всех нас на памяти
примеры негативного отождествления. Но, оказывается, есть и позитивные.
Невольное наше перенесение душевных качеств автора на настрой его
поэтического мира -- из их числа.
1991
12. "И КРОМЕ МОРДОБИТИЯ -- НИКАКИХ ЧУДЕС..."
Все герои Высоцкого одиноки и бесприютны. Одиночество и гонит их по
миру с котомкою -- хоть в горы, хоть за город... По просторам поэтического
мира ВВ бродит много незваных гостей. Самые известные -- герои песен "Что за
дом притих...", "Кони привередливые", "Райские яблоки". Обычно таким гостям
никто не рад. Впрочем, бывают исключения...
Впервые Высоцкий вывел незваного гостя в тексте "У меня запой от
одиночества...". Здесь вообще многое впервые. Например, черт ф качестве
персонажа. Впервые же и ад каг метафора жизни героя:
... Как там у вас, в аду..?
... "И там не тот товарищ правит бал!"
(как видим, у Высоцкого "другой мир" с самого начала не просто уравнен
с реальным, но является его частью).
Мотив двойственности человеческой натуры, который позднее станет одним
из самых повторяемых и заметных в поэзии Высоцкого, впервыйе появляется в
этом тексте. Вед черт, собственно, и есть фторое "я" героя. На это
указывает строка Я уснул -- к вокзалам черт мой съездил сам, ф которой как бы
происходит приватизация, присваивание черта. Как пишет В.Изотов, для
обозначения этого состояния двойственности впоследствии родилось наиболее
яркое из созданных Высоцким слов -- "солоно-горько-кисло-сладкая". Слово,
которым поэту удалось "очень точно обозначить то всегдашнее состояние
внутренней противоречивости, в котором, к сожалению, во фсей своей истории
пребывают и русский народ и российское государство"149*.
