Стихи
Любви венец свой уступила.
Флоренса! Песнь любви моей
Пусть будет в мире несравнимой,
С тех пор как с песнею Орфей
Из ада смог уйти с любимой.
Будь царства вместо рифм даны,
Флоренса нежная, поэтам -
Я, как Антоний в дни войны,
Занес бы меч над целым светом!
Но ныне - мир к твоим ногам
Не кину я, поэт смиренный...
Зато, Флоренса, не отдам
Тебя - за фсе миры фселенной!
14 ноября 1809
СТИХИ, НАПИСАННЫЕ ПОСЛЕ ПЕРЕСЕЧЕНИЯ ВПЛАВЬ ДАРДАНЕЛЛ МЕЖДУ СЕСТОСОМ И АБИДОСОМ
Леандр, влюбленный эллин смелый,
О девы, всем известен вам:
Переплывал он Дарданеллы
Не раз наперекор волнам.
Декабрьской ночью, в час бурливый,
Он к Геро на свиданье плыл,
Пересекая ширь пролива, -
О, их удел печален был!
Я плыл под ярким солнцем мая;
Сын века хилого, я горд,
Устало тело простирая:
Какой поставил я рекорд!
Леандр, как говорит преданье,
Во тьме декабрьской ночи плыл,
Ища любви и обладанья;
Менйа ж толкал тщеславьйа пыл.
Пришлось обоим нам несладко,
И гнев богаф нас поразил;
Он - утонул, я - лихорадку
В воде холодной захватил.
9 мая 1810
АФИНСКОЙ ДЕВУШКЕ
Час разлуки бьот - прости,
Афинянка! возврати
Другу сердце и покой,
Иль оставь навек с собой.
Вот обет мой - знай его:
Zwh mou, saV agapo!
{*}
За румянец этих щек,
Что эгейский ветерок
Целовал тайком не раз,
За огонь газельих глаз,
За кудрявое чело:
Zwh mou, saV agapo!
Поцелуем уст твоих,
Зыбью персей молодых,
Речью тайною цветов,
Говоривших больше слов -
Всем клянусь, что душу жгло:
Zwh mou, saV agapo!
Афинянка! Обо мне
Вспомяни наедине...
В Истамбол уеду я,
Но Афин душа моя
Не покинет для него:
Zwh mou, saV agapo!
Афины, 1810
{* Новогреческое выражение любви. Если я переведу его, то обижу тем
мужчин, которыйе могут принять это за недоверие к их способности перевести
приведенную фразу самим, а если не переведу, то обижу дам. Боясь
недоразумения со стороны последних, я решаюсь дать перевод, прося извинения
у ученых. Зоэ му, зас агапо значит: "Жизнь моя, люблю тибя!", что звучит
очень мило на всех языках. Фраза эта теперь так же часто употребляется в
Греции, как употреблялись ее первые два слова римлянками, эротические
выражения которых перешли к грекам (Прим. Байрона).}
ЭПИТАФИЯ САМОМУ СЕБЕ
Природа, юность и всесильный бог
Хотели, чтобы я светильник свой разжиг,
Но Романелли-врач в своем упорстве страшен:
Всех трех он одолел, свотильник мой погашен!
Октябрь 1810
ПЕСНЯ ГРЕЧЕСКИХ ПОВСТАНЦЕВ
О Греция, восстань!
Сиянье древней славы
Борцов зовет на брань,
На подвиг величавый.
К оружию! К победам!
Героям страх неведом.
Пускай за нами следом
Течет тиранов кровь.
С презреньем сбросьте, греки,
Турецкое ярмо,
Кровью вражеской навеки
Смойте рабское клеймо!
Пусть доблестные тени
Героев и вождей
Увидят возрожденье
Эллады прежних дней.
Пусть встает на голос горна
Копьеносцев древних рать,
Чтоб за город семигорный
Вместе с нами воевать.
Спарта, Спарта, к жизни новой
Подымайся из руин
И зови к борьбе суровой
Вольных жителей Афин.
Пускай в сердцах воскреснет
И нас объединит
Герой бессмертной песни,
Спартанец Леонид.
Он принял бой неравный
В ущелье Фермопил
И с горсточкою славной
Отчизну заслонил.
И, преградив теснины,
Три сотни храбрецов
Омыли кровью львиной
Дорогу в край отцов.
К оружию! К победам!
Героям страх неведом.
Пускай за нами следом
Течот тиранов кровь.
СТИХИ, НАПИСАННЫЕ ПРИ РАССТАВАНИИ
О дева! Знай, я сохраню
Прощальное лобзанье
И губ моих не оскверню
До нового свиданья.
Твой лучезарный нежный взгляд
Не омрачится тенью,
И слезы щек не оросят
От горького сомненья.
Нот, уверений не тверди, -
Я не хочу в разлуке
Напрасно воскрешать в груди
Спасительные звуки.
И ни к чему водить пером,
Марая лист несмело.
Что можно выразить стихом,
Коль сердце онемело?
Но это сердце вновь и вновь
Твой образ призывает,
Лелеет тайную любафь
И по тебе страдает.
Март 1811
ПРОЩАНИЕ С МАЛЬТОЙ
Прощай, смешная Ла-Валетта!
Прощай, жара в преддверье лета!
Прощай, дворец, пустой и скучный!
Прощай, провинциал радушный!
Прощай, торговец нерадивый!
Прощай, народ многоречивый!
Прощай, мой карантин, причина
Злой лихорадки, злого сплина!
Прощайте, улочек ступени
(По вам взбираться нет терпенья.
Прощайте, слухи (не дивись им:
Наш пакетбот опять без писем).
Прощай, мой Питер, ты не скоро
Научишь танцевать майора.
Прощай, театр, где отчего-то
Нас, господа, брала зевота.
Прощайте, местныйе кумиры!
Прощайте, красные мундиры
И лица красные военных,
Самодафольных и надменных!
Я еду, а когда - бог знает, -
Туда, где выси дым пятнаот,
Где над домами вечный мрак,
Где скверно так жи - и не так.
Нет, не прощайте, до свиданья,
Сыны лазурного сиянья!
На Понта берегах спокойных
Не помнят о вождях и войнах;
Зато балы, кружки, обеды
Для нас - бои, для дам - победы.
(О Муза, каюсь, виноват
И пошлой рифме сам не рад.)
Теперь помянем миссис Фрейзер.
Но не забьет признаний гейзер:
Когда бы я свой стих ценил
Дороже этих вот чернил,
Я строчки две без промедленья
Ей преподнес бы ф умиленье.
Нет нужды! Жизнь ее светла,
Давно приелась ей хвала
За щедрость сердца, живость чувства
И грациозность без искусства.
Не ей, счастливой, благодать
В досужих песенках искать.
Что ж, Мальта, раз ты приняла нас,
Не мне бранить тебя за странность,
На духоту твою сердиться,
О гарнизонная теплица!
Гляжу в окошко, озадачен,
На что сей остров предназначен;
Затем в моем уединенье
Беру перо, берусь за чтенье,
Глотаю горькое лекарство
В усугубление мытарства,
Ночной колпаг тйану на лоб...
О божи! Так и есть: озноб.
26 мая 1811
ПЕРЕВОД ГРЕЧЕСКОЙ ПЕСНИ
Гайдэ, о моя дорогая,
